Братья с криками кинулись к дому. Пусть возраст Эррандиала превышал полторы тысячи лет - Дарр где-то в глубине все еще оставался тем же пятнадцатилетним юношей, и в его жизни еще оставалось место для забав и игр.
Узнав, что братья уходят из племени, орки лишь облегченно вздохнули. Пусть и верили каму, да мало ли что? Не дух, так еще какая зараза, может даже похлеще. Уж лучше быть от внезапно ополоумевшего парня подальше. Так что пусть идет себе куда хочет, да не оставят его предки. А что брат с ним, так ничего удивительного - чтобы Сегар с Дарром порознь оказались? Да ни вовек такого не произойдет. Еще в материнской утробе, наверное, договорились никогда друг с другом не расставаться. И не расставались, видимо. Ни один орк не мог вспомнить дня, когда братья находились не вместе.
Поэтому со сборами у уходящих орков проблем не возникло: взяли оружие, набросали в заплечные мешки запасной одежды, да и все - больше сироты не имели ничего, лишь отцовскую юрту, да только зачем ее с собой тащить и как? И главное - зачем? Не возьмут же они юрту и лошадей с собой на корабль.
Уже скоро братья попрощались с родным племенем, с тоской окинули взглядом стойбище, и двинулись на восток, к единственному на побережье Аурлидара порту - Зор-Дарану.
Орки не основывали деревень, не пахали землю и не занимались мореплаванием. Сохраняя заветы предков они постоянно находились в движении по великой степи, лишь изредка выходя на широкие песчаные пляжи Бурного океана. Зор-Даран в этом царстве кочевников уникален. Этот порт представлял собой единственное место на Аурливане, где могли находиться люди - в любом другом месте их ждала неминуемая смерть. Да и сам Зор-Даран место весьма опасное. Нередко на порт производили набеги степные собаки, привлекаемые запахами костров и готовящегося мяса. Но несмотря на опасности Бушующего моря и континента орков, постоянно находились авантюристы, стремящиеся в Зор-Даран. И неудивительно, потому как обогатиться в этом месте стало довольно просто: неискушенные в торговле орки задешево обменивали 'полуночницы' да вытяжки из желез степных ящеров - лекарство, достающееся очень сложно, но зато способное исцелить любую рану. Переломы срастались за день, порезы за минуты, синяки исчезали на глазах. За один раз на продаже оружия и железа некоторые зарабатывали столько, что хватало на хороший особняк в центре Кэл-Дигана, столицы Морской Империи.
Братьям предстоял нелегкий недельный переход через сердце степи, но уверенные в себе молодые воины не тревожились по этому поводу. Дарр размышлял о будущем, обдумывал узнанное от Эррандиала, Сегар же не мог оторваться от прошлого, на глаза лезла предательская влага.
- Дарр, - не выдержал молодой орк,- мы не вернемся, да?
- Нет, Сегар. Я не вернусь - для меня та жизнь осталась позади. А ты может и увидишь родное племя снова... Встряхнись! Нас ждет Дор-Заран. Ты увидишь океан, побываешь на Аурлидаре... Нас ждет буря, не скрою. Но вместе мы справимся. - Дарр поправил заплечный мешок. - Не грусти. Давай лучше я тебе расскажу что-нибудь, а то ведь сгораешь от любопытства!
- Ага! - Сегар смахнул рукой капли влаги, медленно ползущие по щекам. - Ну что ж, сам напросился, теперь отвечай. Ты, когда рассказывал о Эррандиале, вспоминал о том, что он маг. А ты? Ты ведь теперь тоже...?
- Ну, во-первых, прекращай разделять меня и Эррандиала - мы один разумный. А во-вторых, нет. Если я и мог сохранить сознание в этом мире, не дать ему уйти, то магию таким образом пробудить невозможно - это различные планы бытия. И поэтому я сейчас не маг. Ну, не совсем маг - я владею заклинаниями, прекрасно знаю теорию магических наук, но у меня нет доступа к силе. Вообще-то, ты задал прекрасный вопрос, и ответ на него имеет огромное значение. Дело в том, что я нашел способ сохранить и способность к магии, но передавать ее так же, как и сознание не научился. Понимаешь, магическим способностям необходим сосуд. Обычно - это разумный, который этими способностями владеет. Но передо мной стояла задача сохранить магию вне тела, и она должна храниться долгое время. Бывает, Владыка не приходит несколько тысяч лет. Поэтому я создал специальный артефакт, который способен сохранять в себе способность к магии и каждый раз, как я умираю, мои способности оказываются закупоренными в этом сосуде. Для этого я создал специальное заклинание - оно убивает меня, но сохраняет мои способности.
Сегар широко распахнул глаза. Орки не могли даже подумать о добровольной смерти - это не в их сути. Бороться до конца, до последнего вздоха, последнего движения останавливающегося сердца... И слова брата обескуражили молодого орка.
- Подожди... Ты хочешь сказать, что Эррандиал сам себя убивает?
- Да, именно так. Понимаешь, смерть не самое страшное. Потерять себя, свои идеалы, отказаться от того, во что веришь всем сердцем - много хуже. И отказаться от борьбы с Владыкой я не могу: если я не остановлю его в следующий раз, то кто остановит? Поэтому я никогда не прерываю эту цепь перерождений, и каждый раз, когда приходит мое время умирать, применяю это заклинание. Именно оно и удерживает меня на Нилайхе. Это заклинание завязано на саму мою жизнь, а потому никто не в состоянии помешать его применить, даже Владыка. И когда придет время, как бы не сложились обстоятельства - очередным уходом Владыки или же моим пленением, я снова применю его. Потому как лишь одно может освободить от клятвы - полное уничтожение Владыки. Навсегда.
Глава IV
Нилайх, Синий Домен Девятимечья
Страддха, Раитовская претория, Ректиланский лес
Утренний туман серебристой мглой скрывал лес, холодил мелкими капельками мутной взвеси. Насквозь промокшая рубаха неприятно облепила тело, путалась в ногах. Влажные от росы прошлогодние листья налипали на босые ноги, чтобы отпасть через пару шагов.
Ира бежала. Расчетливо, как учил папа. Следя за дыханием: выдох на левую ногу, каждый третий шаг, и никаких разговоров - чтобы не сбиться. Тщательно осматривая землю, куда ставить ногу - не пропороть бы босую ступню случайным сучком.
- 'Не беспокойся. Тебе ветки не опасны: я немного похозяйничал и поправил тебе тело.'
Ага! Это поэтому бежать так легко? Ира и раньше любила бегать, но сейчас... сейчас все ощущалось по-другому: тело казалось наполненным энергией, силой, радовалось любому движению. Она не бежала, а, казалось, летела над землей, изредка касаясь кончиками пальцев для нового прыжка. Интересно, а быстрее можно?
- 'Можно, девочка, можно.'
Ира ускорилась; короткие мощные удары ступней оставляли в мягкой земле глубокие следы. Зеленеющие кустарники и деревья размылись в пространстве. Вынырнувшая из-за стены деревьев сосна с легким хлопком ладони осталась позади. Овраг, возникший на пути, вынудил Иру взвиться в воздух, совершив невероятный, невозможный для человека прыжок, и испустить вопль радости. Вот это да!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
